Анализируя воспоминания о советских и партийных руководителях и их манере выражаться, прошу не оценивать их, грешных, по словам, а вспоминать о том, что они сделали (или не сделали) для нашей страны. Ведь их слова - это только штрихи к портретамЛенин и три тещиОтношение Ленина к ненормативной лексике изучать очень сложно. Большинство исследователей и современников, однако, сходятся во мнении, что матерных слов он не использовал ни в быту, ни в рабочей обстановке.Писатель Феликс Чуев, который в семидесятые - восьмидесятые годы много беседовал с соратником Ленина и Сталина Вячеславом Молотовым и тщательно записывал содержание бесед, как-то сделал предположение о том, что самым крепким словцом у Ильича было «Три тещи вам за это!». Бывший председатель Совнаркома и член политбюро с более чем сорокалетним стажем предположил:- Возможно, в свое время чем-то допекла его теща Но летом 1976 года Молотов рассказал некоторые детали публикации одной адресованной ему ленинской записки. Она увидела свет в молотовской книге «О ленинском призыве», но с некоторой корректировкой. На самом деле Ленин в рабочей переписке мог употреблять и более крепкие выражения. Итак, слово соратнику Ильича:«Ленин пишет: «т. Молотов, изучаются ли у нас в ЦК мнения отдельных групп партии, в частности, изучается ли мнение людей, которые не работают ни в каком учреждении нашего говенного аппарата? Если не изу]чается, как вы думаете, нельзя ли поставить изучение этого вопроса?» Слово «говенный» я выпустил, поставив многоточие. Видимо, так ему (Ильичу. - Прим. авт.) все опротивело »А потом бывший глава советского правительства весьма подробно рассказал о том, кто из самых видных членов политбюро использовал «те самые слова», а кто их избегал. Вот цитата из Молотова: «Ленин матом не ругался. Ворошилов - матерщинник. И Сталин не прочь был. Да, мог. Были такие случаи. Жданов мог иногда так, под веселую руку. От души. Душу отвести умеют люди именно таким образом. Но это так, незло».Молотов рассказал о том, как, путешествуя вместе со своими соратниками в направлении Черноморского побережья, Сталин вышел с ними из поезда на перрон, заполненный совершенно неподготовленными к встрече гражданами:«Поезд остановился в Ростове-на-Дону. Было это в начале тридцатых, и с охраной еще не очень усердствовали. Из вагона вышел Ворошилов. Народ на перроне не ожидал явления наркома обороны и охнул от изумления: «Ворошилов!!!» За ним вышел глава правительства, и еще более опешивший народ воскликнул: «Молотов!!!» Ну а когда на перроне появился Сталин, тут уж люди как бы сами собой выстроились и зааплодировали. Сталин, как обычно, поднял руку, приветствуя и в то же время останавливая овацию. И когда шум утих, из тамбура показался замешкавшийся Буденный. И на перроне какой-то казачок воскликнул: «И Буденный, е т м !»С тех пор, когда сталинское руководство собиралось вместе и появлялся Семен Михайлович, Сталин неизменно говорил:- И Буденный, е т м !»Светлана Аллилуева: "Папа других слов не находил..."Недавно покинувшая этот мир дочь «вождя народов» Светлана Аллилуева вспоминала в своей книге «Двадцать писем к другу» о некоторых моментах, с которыми ей приходилось сталкиваться. Рассуждая о художественных вкусах отца, она отмечала, что одной из любимых его картин было полотно Ильи Репина «Запорожцы пишут письмо турецкому султану». И между делом отмечала, что сам ответ был для вождя чем-то вроде заклинания:«Тут же висела, в рамке, под стеклом, репродукция репинского «Ответа запорожцев султану» - отец обожал эту вещь и очень любил повторять кому угодно непристойный текст этого самого ответа...»А вот когда юная Светлана сильно разгневала отца романом с кинодеятелем Алексеем Каплером (это был 1943 год), Сталин натурально обматерил и свою единственную дочку.«Я никогда еще не видела отца таким. Обычно сдержанный и на слова, и на эмоции, он задыхался от гнева, он едва мог говорить: «Где, где это все? Твой Каплер - английский шпион, он арестован!» Я достала из своего стола все... записи и фотографии с его надписями, которые он привез мне из Сталинграда. Тут были и его записные книжки, и наброски рассказов, и один новый сценарий о Шостаковиче. Тут было и длинное печальное прощальное письмо Люси (так дочь Сталина называла Алексея Каплера. - Прим. авт.), которое он дал мне в день рождения - на память о нем. «А я люблю его!» - сказала, наконец, я, обретя дар речи. «Любишь!» - выкрикнул отец с невыразимой злостью к самому этому слову, и я получила две пощечины - впервые в своей жизни. «Подумайте, няня, до чего она дошла! - он не мог больше сдерживаться. - Идет такая война, а она занята ...!» - и он произнес грубые мужицкие слова - других слов он не находил...»Никита Хрущев: "Вы - турок!"Никита Сергеевич Хрущев, который сменил Сталина сначала на посту главы КПСС, а потом и правительства СССР, запомнился гражданам нашей страны, да и не только ее, обилием идиоматических выражений, в том числе и негативной окраски. Народные «кузькина мать» или «мерзкий холуй» (это в адрес представителя Филиппин в ООН. - Прим. авт.) были лишь верхушкой айсберга.И в СССР, и за рубежом Никита Сергеевич употреблял не самые приличные эпитеты. Как вспоминал много лет работавший с ним переводчик Виктор Суходрев, во время посещения Голливуда Хрущеву продемонстрировали канкан в исполнении американских кинозвезд. Когда его спросили, как ему понравились танцевальные номера, он ответил:- В Советском Союзе мы привыкли любоваться лицами актеров, а не их задницами!Выступления первого секретаря ЦК КПСС по телевидению собирали аудиторию, сравнимую с самыми популярными художественными фильмами и развлекательными программами. А на следующий день все обменивались впечатлениями: «Слышал вчера, что Никита-то бухнул?»Большинство людей, работавших с Хрущевым, отмечали, что он в быту практически не использовал ненормативную лексику. Например, Алексей Сальников, который занимался вопросами бытового обслуживания первого секретаря и его семьи с 1956 по 1964 год, рассказал мне следующее:- Главным ругательным выражением было слово «турок». Но его Никита Сергеевич мог сказать не каждому, а только человеку, которого он хорошо знал. А вот как-то раз в Завидове Хрущев с президентом Финляндии Кекконеном засиделись за столом в лесу, невдалеке от резиденции. Было уже поздно, стало темнеть. Я чувствую, что уже перебор. Никита Сергеевич зовет: «Алеша, Алеша!» Я подхожу и говорю: «Тут ничего нет, все в резиденции». А цель была их в дом притащить, привести с улицы. Прямо-то ему не скажешь об этом. Тут он матом на меня как начал... Женщин, правда, вокруг не было, но финский президент присутствовал. Выслушал я эту тираду в свой адрес, но Хрущев с гостем пошли к дому Брежнев: "Сиди, дядя Леня, один и ....!"Виктор Суходрев, восемнадцать лет работавший личным переводчиком Леонида Ильича, вспоминал, что тот иногда выражался достаточно крепко. Однажды Суходрев сидел в кабинете генерального секретаря, когда тому позвонил другой секретарь ЦК, Андрей Кириленко. Он попросился в отпуск, а затем, как вспоминал переводчик, произошел следующий диалог:- Ну ладно, поезжай. Да, кстати, тут Косыгин предлагает пленум провести по вопросам пьянства. Не знаю, не думаю, что это сейчас своевременно.Кириленко, тогда второй человек в партии, немедленно соглашается:- Да нет, не надо. У нас пили, пьют и будут пить.Поговорив с Кириленко, генсек покачал головой и как-то отрешенно произнес:- Да, ну и коллеги у меня: кто в отпуск, кто еще куда А ты сиди один, дядя Леня, и мудохайся Я не могу точно опред
Крепкое словцо советских вождей
Новости от партнеров:
Размещение рекламы
Экспертиза товаров
Правда шоу-бизнеса
Скандальное видео
По ту сторону границы
Рассекреченные файлы
Компроматный архив
Террор & Антитеррор
Орг.преступность
Крепкое словцо советских вождей » Компрометирующая Информация.Ru
Комментариев нет:
Отправить комментарий